Главная Статьи Кризис отношения к знаниям. Как преодолеть кризисные явления в понимании роли и места знаний

Кризис отношения к знаниям. Как преодолеть кризисные явления в понимании роли и места знаний

Сергей Веретюк
Руководитель инжиниринговой школы Noosphere

Канун 1 сентября — прекрасный повод поразмышлять о роли знаний в нашей жизни. Их официальное чествование уже много лет является хронологической отметкой старта учебного процесса в школах и вузах. При этом знания как объект не включают в сегодняшнюю повестку дня.

Кризис отношения к знаниям

Отправной точкой в рассуждениях подобного рода может служить тот факт, что человек разумный всегда интересовался, как устроен мир. Очевидно, что бесконечное разнообразие явлений природы описывается определенным конечным набором первичных сущностей и отношениями между ними. И результатом изучения (наблюдения/созерцания) этих сущностей является знание — строительный материал, из которого мы создаем картину мира.

Современный дискурс о знании искусственно приведен к размышлениям вокруг «полезности»: активно культивируется мнение, что важны те умения, которые приносят выгоду, то есть прибыль. «Прагматизм захватил мир», — говорит Игорь Ханин, указывая, что не все должно измеряться актуальностью, деньгами, эффективностью, прибыльностью, и мы не замечаем действительно важных вещей. Итальянский философ Нуччо Ордине в своем манифесте «Полезность бесполезного» утверждает, что «знания, считающиеся бесполезными (не приносящие прибыли), являются основополагающими для человечества». То есть мы незаметно для себя постепенно прекращаем замечать важное, мы слепнем.

Николай Коперник, Исаак Ньютон, Дмитрий Менделеев, Джеймс Максвелл, Альберт Эйнштейн, Нильс Бор, Владимир Вернадский и другие не руководствовались прагматизмом — с точки зрения современников достижения этих ученых были абсолютно бесполезными, они не давали прибыли и не решали актуальных задач бизнеса. Но их масштабные открытия, взносы в копилку мировой науки позволили сделать значительно больше. Они ломали сакральные теории, догмы, стереотипы, меняли границы государств. Таким образом, знание и наука приобрели характер глобального явления: они не могут быть закупорены где-то в одном месте и не проявить себя в другом.

Гений Вернадского смог указать на это явление — ноосферу как высшую степень организации человеческого разума. Накопление знаний провоцировало культурные и мировоззренческие трансформации, приводило в движение целые континенты. Эпоха Возрождения, Новое время, промышленные революции — вехи, обусловленные образованием и прогрессом прежде всего науки. Каждое открытие позволяло сделать прорыв в нашем понимании мироустройства. Мы могли осознать, познать и описать то, что мы наблюдали. Картина мира стремительно расширялась, места для «непонятного», «сверхъестественного» становилось все меньше, наши научные горизонты достигли масштабов макро- и микромира — инструменты человечества сегодня способны исследовать Вселенную в диапазоне от 10-32 до 1026 м. И все это благодаря так называемым бесполезным знаниям. В этом ключе становится очевидным кризис нашего отношения к знаниям: в коллективном сознании это понятие сводится к необходимости получить формальное образование, опыт и практику, но одновременно нивелируется и размывается базовая миссия знаний как глобального инструмента для гармоничного развития человечества и природы.

Кризис отношения к знаниям, очевидно, кроется в искажении системы ценностей, в которую не вписываются чистые знания и безусловная наука. Система координат, в которой и «полезные», и «ненужные» знания будут равноценными, имеет правильные культурные ориентиры, в ней будет делаться акцент не только на прагматизм (как жизненную необходимость), но и на наше отношение к будущему природы и человека.

Знания и информационное общество

Особенностью нашего времени является массовое использование цифровых технологий, в результате чего мы наблюдаем трансформацию общественных отношений и становления информационного общества, для которого характерно смещение базовой оси взаимодействия с «человек-природа» и «человек-человек» на «человек-информация». Современные средства обработки данных позволяют использовать информационные модели как аналоги элементов реального мира. Оцифровка как отражение объективной реальности становится опосредованным предметом исследования. Тем самым разрушилась вековая практика непосредственного контакта объекта и исследователя.

Инжиниринговая школа Noosphere. Источник: Noosphere

 

Макс Поляков и Игорь Ханин отмечают, что «появление информационно-коммуникационных технологий (ИКТ) деформировало информационные практики, нарушив единство и гармонию между процессами обработки и применения данных, которые складывались веками».

Важной особенностью информационного общества является тот факт, что знания доступны абсолютно всем — они на расстоянии одного поискового запроса.

В начале XX века Вернадский отмечал рост динамики научного творчества, в середине века фон Нейман предсказал наступление момента времени, когда человеческие знания уже не будут успевать за развитием технологий, а в начале XXI века Курцвейл популяризирует модель технологической сингулярности — момента времени, после которого накопленные знания перестанут быть доступными человеческому разуму.

Казалось бы, наличие «ускорителей» вроде ИКТ, рост количества накопленных знаний и их доступность должны обеспечить ускорение научного прогресса, однако явных прорывов в миропонимании мы не наблюдаем. То есть объем знаний растет, но это не ведет к шагам вперед — мы топчемся на месте, «информационный пузырь» увеличивается. Наблюдается своего рода картина инфляции, когда условная удельная единица знания со временем теряет свою значимость и ценность. Инфляция знаний как явление на индивидуальном уровне проявляется в потере актуальности приобретенного — то, что считалось ценным навыком/практикой вчера, сегодня уже бесполезно. Отметим, что у этого явления есть и положительная черта, а именно —формирование внешнего запроса на постоянное обновление индивидуальных знаний (long life learning— обучение в течение жизни). Но в глобальном масштабе мы просто начинаем быстрее бежать на месте. Грузинский философ Мераб Мамардашвили предлагает выход из ситуации в «деструкции-реконструкции понимания» — своего рода ревизии онтологических основ нашего восприятия мира. А это весьма непростое упражнение! В этом контексте существенно возрастает роль отдельной личности, поскольку ревизия, пересмотр, перестройка, реформирование однозначно требуют не только выдающихся морально-волевых качеств, но и способности противостоять сакрализованным догмам и стереотипам как в науке, так и в социуме, культуре, бизнесе.

Инжиниринговая школа Noosphere

Инжиниринг следует понимать в широком смысле как сознательную деятельность, направленную на достижение конкретных результатов. Инжиниринговая школа — не просто место проектной деятельности для молодежи, это организованная сеть для обмена знаниями, площадка для научного и инженерного творчества.

Сегодня возрастает необходимость поиска новых форматов получения адекватных знаний. Инерционность и неповоротливость как традиционной системы образования, так и академической науки не способствуют эффективному решению этой задачи. Синергия бизнеса, науки и образования в пределах Инжиниринговой школы формирует необходимый мостик между практической и теоретической стороной дела, позволяет трансформировать научные знания в прикладную плоскость.

Важнейшей нашей задачей является организация проектной деятельности для студентов. И здесь мы говорим о projectus, что в переводе с латыни — «брошенный вперед»; в этом контексте проектная деятельность представляет собой школу жизни, где может проявить себя молодежь. Такой подход, на наш взгляд — единственно правильный для поиска и поддержки rockstars, готовых и способных проявить свою пассионарность* и призванных стать проводниками упомянутых выше трансформаций.

Кроме того, Инжиниринговая школа Noosphere — это:

— территория творческой свободы, свободы мышления — мы убеждены, что лишь свободные личности способны трансформировать мир, объединять и объединяться вокруг идеи;

— точка роста инноваций, способных изменить мир;

— площадка для популяризации инновационной практики, науки, знаний и инженерного дела.

Деятельность Инжиниринговой школы Noosphere связана со знаниями. Мы их ценим, уважаем и готовы приумножать.

* Пассионарность (от фр. passionner — «захватывать, увлекать, разжигать страсть») —непреодолимое внутреннее стремление к деятельности, направленной на изменение своей жизни, окружения, статуса-кво.

Поделиться